Каанкереде (kaankerede) wrote,
Каанкереде
kaankerede

Твой первый бой









Тебя призовут в начале 1942 с завода, на котором ты тачал какие-то болванки несколько месяцев после школы, и отправят под Воронеж на формирование 232 стрелковой дивизии.


Летом, пока военоначальники будут делить территории подчиненности Юго-Западного и Брянского фронтов, Воронеж, оказавшись на разделе, останется практически без защиты войск. И когда немецкие танки рванутся на восток в разрыв фронтов, тыловой город, в который уже начали возвращаться предприятия из эвакуации 41-го года, внезапно окажется на острие удара 24 танковой двивизии и моторизованной "Великой Германии". А твоя 232-я растянется километров на 40 по фронту вдоль Дона на подступах к городу. Фактически встречая врага дувумя полками: один против танковой дивизии, второй против "Великой Германии". При абсолютном превосходстве люфтваффе в воздухе и практически без поддержки тяжелого вооружения.








Ты окажешься где-то за южными окраинами города на берегу Дона, в окопе боевого охранения.




У вас будет даже пулемет. Старенький станковый Максим





Рядом будут твои сослуживцы. В основном такие же пацаны, как и ты.






Землячок, с которым уже привыкли держаться вместе.






И вот тот солдат постарше. Бывалый, повоевавший в Финскую и раненый где-то под Смоленском в 41-м






Вечный балагур, способный организовать пожрать и выпить при любых обстоятельствах. С таким не пропадешь.






Ополченец? Зачем он здесь? В 42-м, на берегу Дона таковых не было. Хотя, что ж ему, с такой внешностью в оккупации оставаться что ли? Пусть уж тоже тут будет.






И милиционеры.






Что забыли милиционеры в окопе на Донском берегу?






Ну да бес с ними. Где то за Юневкой гул и лязганье гусениц. В небе черно от бомбардировщиков. В окопе неапряженные лица.


А на затвор легла роса,
И грезится веселый май,
И хочется закрыть глаза,
Но ты глаза не закрывай.









Твой окоп накроет взрывами



И ахнет роща, накренясь,
Сорвутся птицы в черный дым





И останется только забраться поглубже да кричать






Ты будешь вжимаеться в бруствер





А подняв глаза, увидишь их. Силуеты мышиного цвета.





Тебе повезет. Далеко не всякий увидит врага прежде, чем получит смертельный осколок





Ты оглянешься назад и с ужасом поймешь, что остался в окопе один. Фигуры твоих однопочан уже почти скрылись в кустах далеко позади.
Останутся только ты, дружок-землячок и раненый, которого вы не сможете бросить...






Вы будете тащить его попеременке, прямо под пулями и на глазах немецкой пехоты



Но ты глаза не закрывай.
Не закрывай - кричат грачи, -
Там сквозь березовый конвой
Ползет лавина саранчи
На город за твоей спиной !









А они, с засученными рукавами, займут оставленный вами окоп и развернут брошенный в панике Максим






Раненый придет в сознание и вам станет легче






Прикрывая друг друга вы доберетесь до основной линии обороны






Все втроем, без потерь. Раненого отправят в тыл, а вы с дружком займете свое место в окопах






Враг будет нещадно бомбить ваши позиции, потихоньку переправляясь через реку и подтягивая танки






На помощь придут несколько передвижных зенитных установок из зенитно-пулеметного дивизиона 3 дивизии ПВО.






Отважные девченки хорошо врежут по переправе, ошметки резиновых лодок будут плыть далеко вниз по течению.






Но командование быстренько отзовет их на левый берег Воронежа, выполнять основную боевую задачу. Вон, водитель, того и ждет, чтобы рвануть.




Вы будете остреливаться, хотя под таким огнем не особо то и высунешься



И руки обжигает ствол -
Ны сколько можно лить свинец?
Взвод ни на пядь не отошел,
И вот он, вот уже конец!







Немцы замешкаются и у тебя будет несколько минут, что бы собраться и привести себя в порядок.





Но по окопам пронесется команда, и отделенные командиры, матерясь, будут поднимать вас в контратаку






Преодолев страх, вместе со всеми ты выскочишь из окопа






Командиры криком и рёвом поведут вас вперед






А вы, войдя в раж, побежите на вражеские окопы




Где-то справа, говорят, пойдут даже тридцатьчетверки 110-й танковой бригады. А мимо вас проскочит бронемашина, выскочит на вражеские позиции и там задымит от попавшего снаряда. Должно быть, в ней будет сам полковник Глатоленков, начальник воронежского гарнизона. Его, раненого, вытащат и переправят в тыл.




А ты успеешь даже обшманать впервые увиденного тобой мёртвого врага.




Нехитрый солдатский скарб. Сигареты. Галеты. Немного рома во фляжке. Несколько порнографических карточек. И совсем недавняя фотография, вложенная в неотправленное письмо.




Тем временем, наступит затишье. Сестрички будут собирать раненых и оказывать им первую помощь.



Не закрывай кричат грачи,
Ты слышишь, потерпи, родной ...
И над тобой стоят врачи,
И кто-то говорит: "Живой !"





Внезапная контратака собъет темп немецкого наступления и им придется перегруппироваться, перед тем как разбить остатки вашего полка и, устремившись вдоль реки Воронеж, обходя разрозненные группы сопротивления, к вечеру войти в город. Отрезанные подразделения будут еще несколько дней выходить на север от Воронежа или на левый берег одноименной реки, просачиваясь через еще не плотную линию фронта.



А ты? Что ты? Лет через семьдесят, веселый бульдозерист, раскапывая котлован под многоэтажные новостройки, выворотит твои останки наружу. Тебе повезет — тебя похоронят не безымянным. И может быть, даже разыщут и пригласят на торжественное перезахоронение внучатую племянницу. Спасибо надписи на твоем котелке.






Tags: ВОВ, Воронеж, краеведки, реконструкторы, фотографирую
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments